Ряженые, или Суворов
По молодости мне часто приходилось таскаться в Швейцарию в командировки в качестве переводчика.
Понимаю, что за эту фразу вы меня уже немного ненавидите, но поверьте, что переводить в Швейцарии, для военных, совсем не сахар. Особенно если в группе больше 30 человек, включая 2 генералов, а швейцарцы – традиционно гостеприимные, хлебосольные и разговорчивые. Пару раз я ездил в погонах, но в основном, конечно, работал в гражданской форме одежды, за исключением торжественных мероприятий и приёмов. Был я на тот момент очень щуплым и на офицера не похож.
Видимо, из-за принципиально иного кадрового подхода к лингвистическому обеспечению армии или по какой-то иной неведомой причине у швейцарцев иной раз не было своего переводчика (по правилам всегда должно быть два переводчика, по одному от каждой стороны), либо он куда-то девался, либо швейцарцы его держали в Москве в Швейцарском посольстве на хозяйстве и так далее. Поэтому нередко на официальные встречи, речи и тосты в Швейцарии ставили одного переводчика, причем самого молодого, то есть меня, приехавшего из Москвы, а местные российские дипломаты, атташе и иже с ними занимались своими местными дипломатическими делами, продвигая, поддерживая и привечая московского дипломированного лингвиста и переводчика, накладывая ему угощений в тарелку, таская за него чемоданы и всячески обхаживая, чтобы не надорвался или не сбежал в горы. И, вопреки расхожему среди обывателей мнению, переводчиков в посольствах и в представительствах России в Швейцарии не положено – по крайней мере, я таковых никогда не видывал.
Моими любимыми командировками в Швейцарию были, конечно же, не штабные переговоры про политику безопасности и не визиты в медико-санитарный батальон, а поездки с военными музыкантами (суворовцами) из Московского военно-музыкального училища – теми самыми, которые открывают парад на Красной площади. Вообще, признаюсь, приятно видеть на параде и вообще по телевизору тех, кого и для кого ты когда-то переводил и с кем хорошо знаком.
Сейчас военно-музыкальное училище (среднее специальное учебное заведение) носит имя погибшего главного военного дирижёра генерал-майора Валерия Халилова, который пару раз ездил с нами в эти поездки в Швейцарию и даже играл для нас на пианино Микаэля Таривердиева из фильма про Штирлица. Ну играл он не самого Таривердиева, а его пьесы, конечно. (Кстати, явление, когда, вместо названия произведения мы используем имя автора, называют метонимическим переносом, например, «Я люблю Агнию Барто». Простите за проф. деформацию, не смог пройти мимо).
Жили и питались в основном в военных городках и швейцарских казармах. Ну, как казармах? Скорее это были отели для военных, проходящих сборы. Помимо плац-концертов и дефиле по городам и весям и культурно-развлекательной программы, военные музыканты из России принимали участие в фестивале Tattoo on Stage в Люцерне. Надо признать, что выглядели они тоже очень юно, и многим из них не исполнилось и 18 лет. Так что вместе с переводчиком в моем лице вся наша ватага выглядела необычайно и ввергала швейцарцев в трепет, особенно в военной форме или официальных костюмах. Хотя, положа руку на сердце, «Прощание славянки» Агапкина в исполнении российского военного оркестра на сцене люцернского концертного зала KKL кого угодно пробрало бы до костей. Поищите в рутубе, не пожалеете.
Однако кульминацией и главным мероприятием поездки суворовцев-музыкантов были не участие в фестивалях и не развлечение местных на площадях, а годовщина перехода Суворова через Альпы (известного как Швейцарский поход Суворова) и битвы у Чёртова моста близ Андерматта. История эта, вероятно, известна любому грамотному россиянину, но коротко напомню, что Суворову удалось провести свою армию через непривычные для русских горные условия с боями и после легендарного штурма Чёртова моста 25 сентября 1799 года нанести сокрушительное поражение французскому генералу Массене, после чего Суворов с боями покинул Швейцарию в направлении России, не достигнув основной стратегической цели – изгнать Наполеона из Швейцарской Конфедерации.
При этом швейцарцы почему-то очень чтят Суворова, в стране много музеев и памятных знаков, а у Чёртова моста в ущелье Шёленнен с 1898 года есть Suworow-Denkmal, высеченный в скале 12-метровый крест, у подножья которого написано по-русски по дореформенным правилам дореволюционной орфографии бронзовыми буквами высотой около полуметра «Доблестным сподвижникам генералиссимуса фельдмаршала графа Суворова-Рымникского, князя Италийского, погибшим при переходе через Альпы в 1799 году». Территория принадлежит Российской Федерации, но при этом является частью швейцарской территории. Признаюсь, ничего более монументального я в своей жизни не видел.
В этом почетном суровом месте ежегодно в сентябре проходили мероприятия с участием почти всего российского дипкорпуса, высокопоставленных представителей армии Швейцарии и местной кантональной администрации, в присутствии солдат и офицеров близлежащего гарнизона, с почетным караулом, государственными флагами и гимнами. С телевидением, прессой, минутой молчания и угощениями.
Переводил, конечно же, российский переводчик из Москвы. В тот год в составе московской делегации почему-то оказались подмосковные казаки, которым тоже дали микрофон и слово в рамках торжественного митинга.
Тут надо отметить, что швейцарцы миролюбивые и воинственные одновременно и всячески гордятся своими многовековыми независимостью и нейтралитетом и, в частности, системой всеобщей воинской обязанности и военной переподготовки всего гражданского населения мужского пола, а также высокой долею военнослужащих-женщин. Почти сразу, после слов подмосковных казаков о том, что Суворов освободил Швейцарию от Наполеона, скандал и оскорбление швейцарских граждан и военных стали неизбежными, а будущее российско-швейцарского военного сотрудничества начало зависеть от щуплого переводчика, который, поймав многозначительный одобряющий взгляд Посла Российской Федерации в Швейцарской Конфедерации, кивнул послу в ответ и прибег к переводческой компрессии, опустив про освобождение Швейцарии суворовскими войсками и казаками, в частности, добавил от себя ровно столько же, сколько было опущено.
Геополитически и дипломатически верный, этот перевод переводчика (впервые на моей памяти) был встречен аплодисментами всех тех, кто понимал оба языка. На приёме мне передали бутылку очень дорогого вина с карточкой посла, а подмосковных казаков посадили в самый дальний угол подальше от остальных гостей. Больше я их в Швейцарии не видел.
Мораль. Перед тем, как брать микрофон, учите матчасть. И всегда работайте с опытными специалистами, особенно на важных мероприятиях. Всегда расскажем, где их найти – пишите нам на zakaz@akmw.ru